Болит - болеть - болею

Бол/ит — бол/е/ть — бол/е/j/у, -ешь гл. От праслав. корня *bol-. СО — суффиксальный, суфф. -е- < -ě- со значением состояния, охваченности действием; этот глагол, как и прочие глаголы с суффиксом -е- < -ě-, спрягался в настоящем времени как глагол 4-го класса, но в регулярном употреблении были лишь формы 3-го лица ед. ч. болит, 3-го лица мн. ч. болят, прошедшего времени болел, причастий настоящего и прошедшего времени болящий, болевший; форма 1-го лица ед. ч. болю употребляется крайне редко.

Причина этого явления остается неясной, но оно само стало причиной того, что с начала XIX в. входят в употребление формы презенса в полном составе парадигмы, образованные от основы инфинитива при помощи суфф. глаголов 3-го класса -j-: болею, болеешь, болеет и проч.

Сохранившиеся в употреблении древние формы 3-го лица болит, болят и новые формы 3-го лица болеет, болеют претерпели семантическую дифференциацию: древние формы обозначают болезненное состояние только частей тела человека или животного: болит рука, нога, зуб, сердце, живот, душа, тогда как новые формы обозначают болезненное состояние всего человека или животного в целом.

Что касается лексикографии, то различие двух парадигм глагола болеть впервые проведено в академическом словаре 1847 г.

«Болю́, лиши, заболѣ́лъ, лѣ́ти, чѣмъ гл. ср. Сл. 1) Имѣю, чувствую боль въ тѣлѣ, есмь боленъ, нездоровЪ. Сé, егоже любиши, болитъ. Іоан. XI. 3. Чѣмъ онъ заболѣлъ? горячкою. Въ прочемъ въ семъ знаменованïи глаголъ сей наипаче въ третьемъ лицѣ употребляется. Голова болитъ, рука болитъ. 2) * Въ отношенïи къ душевнымъ чувствïямъ: мучуся, стражду, тужу, сожалѣю, крушуся, скорблю. Се бoлѣ неправдою. Псал. VII. 15. Се отецъ твой и азъ боляще, искахомъ тебе. Лук. II. 48» (САР 1, 278-279).

«БОЛѢ́ТЬ, лю, лишь, гл. ср. 1) Чувствовать боль. Голова, рука болитъ. 2) Церк. Чувствовать скорбь, сожалѣніе; тужить, крушиться. Се отецъ твой и азъ боляще искахомъ тебе. Лук. II. 48.

«БОЛѢ́ТЬ, лѣю, лѣешь, гл. ср. Принимать участіе, соболѣзновать» (СЦРЯ 1, 75).

«БОЛѢТИ. 1. Болеть, страдать какой-л. болезнью. Пришьдъ же блж҃ныи въ хлѣвину свою приде к нему чл҃вкъ моля и гл҃я болю зѣло и много уже врачемъ издаяхъ и не прияхъ пользя» [1219 г.]; «2. только 3 л. ед. и мн. ч. Об ощущении боли в какой-л. части тела. И того мира вземши люди и да помажутса, ино болѣ того не стареютса ни очи их не болать» [XV в. ~ XIII-XIV вв.] (СлРЯ XI-XVII вв. 1, 281).

«― Вся… вся болю, ― с трудом отвечала та в краткие паузы между стонами» [Борис Можаев. Саня (1957)].

«Ежели у кого голова болит, тот должен истолочь рака и, выжавши сок, виски помазать. [М.В. Ломоносов. Лифляндская экономия (перевод) (1747)].

«― Ты напрасно скрываешься предо мною, отец мой, ― сказал Иваницкий, ― ты знаешь, что я русский душою и верою и болею об упадке православия» [Ф.В. Булгарин. Димитрий Самозванец (1830)].

«Отчего ж это, бывало, в пору ранней молодости и нетронутой свежести всех физических сил и стремлений, в какое-нибудь яркое и дразнящее и зовущее весеннее утро, под звон московских колоколов на святой ― сидишь весь углубленный в чтение того или другого из безумных искателей и показывателей абсолютного хвоста… сидишь, и голова пылает, и сердце бьется ― не от вторгающихся в раскрытое окно с ванильно-наркотическим воздухом призывов весны и жизни… а от тех громадных миров, связанных целостью, которые строит органическая мысль, или тяжело, мучительно роешься в возникших сомнениях, способных разбить все здание старых душевных и нравственных верований… и физически болеешь, худеешь, желтеешь от этого процесса… О! эти муки и боли души ― как они были отравительно сладки!» [А.А. Григорьев. Мои литературные и нравственные скитальчества (1862)].

«Санктпитербурх, правда, перевел много православных, но послушайте, что бают в народе: “Коли-де сам государь-батюшка с топором в своих царских руках, валит лес, по пояс в воде, долбней вбивает сваи, как же нам, рабам его, не терпеть? Сам-то он болеет за нас душой, да, видно, дело-то нужное”» [А.О. Корнилович. Андрей Безыменный (Старинная повесть) (1832)].

«― Из-за чего томимся в гирлах и по болотным пустырям, болеем и мрем не в битвах, а от молдавских лихорадок? Долго ли нам кормить своей кровью турецких комаров и слушать не гром орудий, а кваканье лягушек? Где наши соколы Румянцев, Суворов?» [Г.П. Данилевский. Потемкин на Дунае (1876)].

«Не ваша ли милость воспитали в себе похоть лихоимства и мирского стяжания? Насытиться никак не можете, а все большею алчбою и жаждою мирских вещей болеете» [С.М. Соловьев. История России с древнейших времен. Том десятый (1860)].

«Все европейские государства теперь болеют необыкновенной сложностью всяких законов и постановлений. Повсюду заметно одно замечательное явление, а именно: законы собственно гражданские выступили из пределов и ворвались в области, им не принадлежащие. С одной стороны, они вторгнулись в область, состоявшую долго под управлением народных обычаев; с другой стороны, они вторгнулись в область, долженствующую оставаться вечно под управлением церкви» [Н.В. Гоголь. Выбранные места из переписки с друзьями (1843-1847)].

Автор: Александр Камчатнов